Category: образование

Category was added automatically. Read all entries about "образование".

Я

Мне кажется, солнце - это цветок

Марго стояла в стороне от них, от всех этих ребят, которые только и знали, что вечный дождь, дождь, дождь. Им всем было по девять лет, и если выдался семь лет назад такой день, когда солнце все-таки выглянуло, показалось на час изумленному миру, они этого не помнили. Иногда по ночам Марго слышала, как они ворочаются, вспоминая, и знала: во сне они видят и вспоминают золото, яркий желтый карандаш, монету - такую большую, что можно купить целый мир. Она знала, им чудится, будто они помнят тепло, когда вспыхивает лицо и все тело - руки, ноги, дрожащие пальцы. А потом они просыпаются - и опять барабанит дождь, без конца сыплются звонкие прозрачные бусы на крышу, на дорожку, на сад и лес, и сны разлетаются как дым.

Накануне они весь день читали в классе про солнце. Какое оно желтое, совсем как лимон, и какое жаркое. И писали про него маленькие рассказы и стихи.

Мне кажется, солнце - это цветок,
Цветет оно только один часок.

Такие стихи сочинила Марго и негромко прочитала их перед притихшим классом. А за окнами лил дождь.

- Ну, ты это не сама сочинила! - крикнул один мальчик.
- Нет, сама, - сказала Марго, - Сама.
- Уильям! - остановила мальчика учительница.

Но то было вчера. А сейчас дождь утихал, и дети теснились к большим окнам с толстыми стеклами.

- Где же учительница?
- Сейчас придет.
- Скорей бы, а то мы все пропустим!

Они вертелись на одном месте, точно пестрая беспокойная карусель. Марго одна стояла поодаль. Она была слабенькая, и казалось, когда-то давно она заблудилась и долго-долго бродила под дождем, и дождь смыл с нее все краски: голубые глаза, розовые губы, рыжие волосы - все вылиняло. Она была точно старая поблекшая фотография, которую вынули из забытого альбома, и все молчала, а если и случалось ей заговорить, голос ее шелестел еле слышно. Сейчас она одиноко стояла в сторонке и смотрела на дождь, на шумный мокрый мир за толстым стеклом.

Рэй Брэдбери "Всё лето в один день"



(https://www.litmir.me/br/?b=47249&p=1)
Я

Махасиддха Чамарипа

Чамарипа значит "сапожник". В городе Вишнунагара, где было восемнадцать каст, Чамарипа был из касты обувщиков. Он чинил старые башмаки и шил новые, и на это у него уходило все время. Однажды на улице рядом оказался йогин. Чамарипа немедленно бросил работу и распростерся перед ним:

- Я не могу жить в сансаре и хочу практиковать Дхарму. Но у меня не было наставника, и я до сих пор не вошел в ворота Учения. Я умоляю Вас обучить меня Дхаpме для получения пользы в этой жизни и в следующих.

- Если ты можешь практиковать, я научу тебя.

Сапожник спросил, согласится ли учитель принять пищу в доме бедняка низкой касты.

- Я вернусь к вечеру и сделаем так, - ответил йогин.

И Чамарипа объявил о госте своей жене и домашним. Когда йогин вернулся, Чамарипа приготовил для него подобающее место, вымыл ему ноги и поднес угощение. Жена и дочь ухаживали за ним и умастили его маслом. Окончив трапезу, йогин дал посвящение Чамарипе и его жене и произнес следующие инструкции:

"Пусть умозpительные искажения и предвзятые мнения
будут как лоскуты кожи,
сшиваемые шилом поучений гуpу
на колодке дpужелюбия и сострадания.

Простроченный нитями непривязанности к делам и предметам, появится ботинок, - восхитительный, непонятный тем, кто не ушел от ложных воззрений - чудесный ботинок тела Дхармы".

"Ведя нить не-удержания вещей, оставьте мысли о приятном и неприятном. Превратите в свой материал - в кожу - все оценки и мнения. Медитируйте, прошивая свой опыт наставлениями учителя, превращая его в чудесное изделие тела Дхармы".

- Что я буду чувствовать, делая это?

- Сначала возрастет отвращение к сансаре, - ответил йогин. - Потом все элементы опыта обнаружат природу Дхармы.

Сказав это, он ушел.

Сапожник оставил свой старый дом и медитировал в уединенном месте. Все знаки прошли так, как предсказал учитель. Благодаря аналогии со своим ремеслом Чамарипа освоил истины о шести коpенных искажениях и неведении в их основе. Продолжая работать с наставлениями гуру, он пришел к чистому пониманию. За двенадцать лет практики ему удалось вычерпать целый океан ошибок и заблуждений.

Когда Чамарипа расчистил завалы неведения, он обрел сиддхи Махамудры. Все это время он медитировал, не отличая работу от практики, и не замечая, день то был или ночь. Остальное взял на себя Вишвакарман, так что в Вишнунагаре не знали, чем занимается сапожник. Но однажды кто-то во внеурочный час зашел в мастерскую и увидел Чамарипу за медитацией и Вишвакармана за починкой обуви. Один за другим горожане приходили посмотреть на Чамарипу, пока не собрались все вместе и не попросили наставлений. Прежде всего Чамарипа объяснил, как нужно полагаться на учителя. Он преподал множество учений живым существам в Вишнунагаре и стал известным йогином. Он сделал многое для блага живых существ и в своем теле ушел в ясный свет.

"Львы Будды: жизнеописания 84 сиддхов"



(https://www.himalayanart.org/items/83021)
Я

Так называемого себя

«Идёт!»

Все быстро занимают свои места и делают вид, что всё это время сидели не шелохнувшись (а вообще-то говоря, именно это и должен делать ученик, ожидая учителя). Лама Сопа со свитой входит, трижды простирается перед алтарём, садится на приготовленный для него трон и… застывает в полном молчании минут на десять. Потом начинает петь молитвы, предваряющие передачу Учения. Это занимает ещё минут десять-пятнадцать. И только после этого начинает говорить. И говорит часов шесть без перерыва.

Мне очень стыдно в этом признаться, но с самой первой лекции ламы Сопы в Копане я сбежал примерно через три с половиной часа после начала. Очень хотелось есть, и оставалась последняя надежда, что хоть время ужина уже давно прошло, но всё-таки ещё можно успеть зайти в столовую и восполнить потерю хотя бы в холодном виде. Жуя остывшие оладьи, я делился впечатлениями с такими же позорно сбежавшими «учениками» и недоумевал: что же происходит?! Мой ум в тот момент, видимо, был загрязнён до такой степени, что я искренне не понимал, зачем в столь странной форме излагать то, о чём мы уже и так читали в книгах ламы Сопы, и там это объяснено очень стройно и убедительно.

Я «попался» по полной программе. Со мной произошло именно то, ради чего, судя по всему, Ринпоче и разыгрывает этот фантастический «перформанс». Он просто устраивает нам очную ставку с нашим собственным эго. С нашим так называемым Я. Мы ведь привыкли к тому, что все окружающие нам что-то должны. В точно назначенный час учитель должен рассказать нам нечто такое, что было бы нам не слишком неприятно и не скучно, а мы, сидя в удобной позе, так и быть, изволим это выслушать. Учитель закончит лекцию опять-таки в соответствии с расписанием (а то вдруг мы устанем!), и мы вовремя пойдём ужинать, а потом спать. Но когда всё это, пункт за пунктом, разрушается, то мы, разумеется, начинаем возмущаться. Каждый из нас уверен в том, что его здесь с нетерпением ждут, чтобы передать самое высшее и самое тайное учение. Наше эго недоумевает: мы, дескать, прилетели сюда за тысячи километров, отодвинув в сторону работу и другие важные дела, а тут по отношению к нам проявляют такое неуважение! Неужели трудно хотя бы начать и закончить лекцию вовремя, а также говорить громко и членораздельно, а не бормотать себе под нос и не повторять одно и то же тысячу раз в течение шести часов, когда всё это можно кратко изложить за десять минут? Мы ведь умные: поймём сразу. Или нас тут за детей принимают?

Трудно вообразить себе более благоприятную возможность для «работы над ошибками». Пытаясь услышать, что и как говорит лама Сопа, мы неминуемо должны свернуть шею своему себялюбию и всем тем глупостям, которые из него вырастают. Если не победить своё так называемое Я и не научиться слушать, открыв свой ум с преданностью и смирением, мы так и будем коллекционировать бессмысленные знания, оставаясь закрытыми для самого главного.

Трудно представить себе лучшее упражнение на концентрацию, чем просто слушание лекций ламы Сопы. Я почувствовал это особенно сильно, когда занимался расшифровкой аудиозаписей подмосковного ретрита. Ни для каких мыслей или отвлекающих эмоций в уме просто не остаётся места. Весь ум занят тем, чтобы ничего не пропустить. Ты забываешь о себе и о своём уме и ловишь себя на том, что твой ум растворился в уме Учителя и следует за каждым его движением. Я надел наушники и прибавил громкость. Ринпоче говорит очень тихо, но зато громко и резко хохочет и кашляет, и поэтому я каждый раз подпрыгивал от неожиданности, и, надо сказать, это только заостряло концентрацию и действовало просто как прямое введение в природу ума.

Я вспомнил, что пять лет назад в Копане в мою голову взбрело такое сомнение: дескать, считается, что одним из многочисленных признаков будды является красивый голос, звук которого проникает в наше сознание, и нам хочется слушать ещё и ещё. Это называют «ваджрной речью». Но лама Сопа говорит запинаясь, кашляя и шмыгая носом, и понять его непросто. Так, выходит, он всё-таки не будда?!

И тут вдруг меня буквально пронзило насквозь: так вот что такое «ваджрная речь»! Как я мог столь глупо и прямолинейно интерпретировать это понятие! Говоря с учениками в такой манере, Ринпоче пригвождает их ум к самому главному, к самой сути. Одновременно он ставит учеников в такую ситуацию, когда они оказываются нос к носу со своей гордыней и прочими омрачениями, как перед зеркалом. Чтобы услышать Учителя, необходимо проделать с собой нечто экстраординарное: разрушить так называемого себя до основания. А иначе просто нет шансов ничего услышать и воспринять. Многие не выдерживают и заявляют, что слушать ламу Сопу невозможно.

Лама Сопа Ринпоче



(https://www.chinatibettrain.com/blog/tag/monks-debate-on-sutra-of-tibetan-buddhism-in-lhasa/)
Я

Мой комментарий на "Показательный случай"

(https://ada-ardis.livejournal.com/564253.html?thread=613405#t613405)

Это, конечно, возможно, как и многое другое, но он был ученый, и книга эта весьма похожа на научный труд со всей вытекающей отсюда научной этикой. Почему вам не пришло в голову, что сам папа-психиатр по имени Эберхарт придумал это от лица своей дочери Гертруды, чтобы разыграть Карла? Или гувернантка дочери психиатра Френсис, которая как раз только что закончила богословский факультет Тюбингенского университета помогла своей подопечной сделать этот рождественский подарок для любимого папы, вооруженная знаниями и об Апокатастасисе в т.ч. (ангелочков и розочки в лунной долине рисовали вместе, склонив головы, путаясь в волосах, отбирая друг у друга цветастые восковые мелки). Или вдруг оказывается: Гертруда обладает способностью читать мысли, но, прочтя самые первые в своей жизни (ещё по слогам), скорее всего, мысли папы или мамы, решает никому никогда о своём таланте не рассказывать и умереть в ранней молодости, потому как к восьми является носительницей избытка человеческих тайн, почерпнутых из голов папиных пациентов. А он брал её с собой на работу!!! А она ходила с ним, потому что на первом этаже клиники стоял аппарат с газировкой. Однажды они идут с обожаемой Френсис гулять (поздняя весна, всё в цвету) и по высоким ступеням заходят в помпезное здание выше Гертруды на голову плюс еще сто Гертруд. Тут, в богословском деканате, Френсис надо сдать зачётку и обходной лист. Оказывается, что в обходном листе не хватает одной самой главной подписи и печати, заверяющей её согласие хранить пред смертными тайну и ничего кроме тайны относительно существования Бога (которую она нарушает тут же, сами понимаете как). По узкой, шаткой винтовой лестнице они поднимаются до 86-й Гертруды, сворачивают направо и по узкому, темному коридору идут уже вширь Гертруд бесконечно долго. Френсис ориентируется, словно кошка. Её глаза горят изумрудным светом. Она мурлычет под нос: "Cry me a river". А вот и маленькая дверь, открытая настежь, но в неё еще надо протиснуться. Френсис это не удаётся. Она отдаёт обходной лист Гертруде и проталкивает её внутрь комнаты, которая кажется то большой, то маленькой, то ли обои все в синий цветочек, то ли венецианская алая штукатурка. Сверху свисает необъятных размеров люстра в сто восемь свечей. Гертруда стоит под этой люстрой и ждёт, пока человек за огромным старинным письменным столом его дедушки обратит на неё внимание.

- Что тебе, лапочка? - говорит наконец он, подняв на неё прекрасные добрые глаза с золотистым, как у совы, ободком.

- Ей мои мысли прочитать... - отвечает за неё человек, сидящий на помпезном, наново перетянутом диване шестнадцатого века позади Гретхен, которого она не заметила, войдя в спешке, позабыв для начала стряхнуть суету длинных лестниц и коридоров.

- Мне обходной лист подписать, - отвечает Гретхен, уже прочитавшая мысли этого странного Карла (о боже, (теперь-то я знаю, что ты есть) что за сны ему снятся:) надо не позабыть рассказать Френсис, когда проснусь).

Я

Обширный ум

Я не помню, какой из кадампинских геше это сказал[8] – это упоминается в учениях кадам о преобразовании ума, а также в качестве заключительных строк в комментарии Пабонки Де-чена Ньингпо к «Трём основам пути».

Первый совет – это «миг гьянг зиг», или «Смотри далеко вперёд». Поскольку ваша цель – достичь просветления, вам нужно смотреть далеко вперёд, так же, как во время путешествия в какое-то очень далёкое место необходимо зародить сильную решимость туда попасть.

Второй совет – это «ло гья кье», или «Породи обширный ум». Например, вы можете быть маленьким ребёнком в детском саду, но вашей конечной целью может быть получение университетского диплома. Вам нужно смотреть далеко вперёд и породить обширный ум, думая, что сначала вы закончите начальную и среднюю школу, а затем, наконец, выучитесь в университете и получите учёную степень. С широким, обширным умом вы строите планы всё это освоить.

Третий совет – это «конг санг лхо», или «Не дави на себя». Не доводите себя до изнурения, думая: «О, я вынужден всё это сделать!» С обширным, храбрым умом, думайте: «Я всё это сделаю. Даже если это займёт много, много лет, я это сделаю». Когда вы следуете совету «не дави на себя», ваш ум естественным образом расслабляется. В вашем уме нет напряжения и скованности, которые обычно приводят к болезням лунга, или ветра. Думаю, присутствующие здесь новички ещё не знают, что такое лунг, но вскоре вас познакомят с этим понятием.

У вас должен быть обширный ум, то есть желание узнать и изучить всё о полном пути к Просветлению, а также практиковать и достичь всех свершений. Помимо таких планов, у вас также должен быть расслабленный ум; вы не доводите себя до стресса. Вы думаете: «Сколько бы времени у меня на это ни ушло, я сделаю это и не сдамся». В вашем сердце есть план, но при этом ваш ум спокоен и расслаблен.

Таковы сущностные советы кадампинских геше о том, как достичь просветления. Если вы им последуете, вы, несомненно, достигнете просветления, даже если и считаете, что это невозможно. Возможно, вы думаете: «Я вижу, что у меня много омрачений. Мой ум как контейнер, полный мусора, или как ассенизаторская цистерна, до краёв полная экскрементов, испарений и прочих нечистот. Поскольку мой ум полон всех этих негативных эмоций, как я могу стать просветлённым существом? Как я могу хотя бы породить бодхичитту? Я не смогу полностью избавиться от себялюбия и начать заботиться только о других!» Если, однако, вы последуете советам кадампинских геше и будете изучать Дхарму, правильно её практикуя, это произойдёт, даже хотя сейчас и кажется вам невозможным. Геше Долпа, кадампинский учитель, сказал:

"Если вы накапливаете заслуги, очищаете препятствия и практикуете преданность гуру, благодаря которой благословения проникают в ваше сердце, а также усердствуете в медитации на пути, даже трудные свершения, которые кажутся вам недостижимыми, произойдут за несколько лет".[9]

Это может случиться, потому что сейчас ваш ум омрачён лишь временно; завесы не являются его неотъемлемой частью.

Все ваши негативные эмоции временны, непостоянны. Поскольку они возникли из-за причин и условий, их могут изменить другие причины и условия – очищение неблагой кармы, накопление заслуг, практика преданности гуру и медитация на путь. С долгосрочным планом изучения и практики Дхармы ваш ум может полностью измениться, и вы можете обрести свершения.

Лама Сопа Ринпоче

Я

Радость

6. Если вы полагаетесь на хороших учителей, ваши пороки исчезают, а благие черты растут, как молодой месяц. Ценить духовных учителей, более чем собственное тело – это практика Бодхисаттв.



Если, подружившись с кем-то, мы замечаем, что наплыв негативных мыслей в нашем сознании уменьшился, а добрые мысли и знания возросли, это означает, что мы попали под влияние хорошего духовного учителя. Учения, которые передают нам духовные мастера, создают причину для увеличения наших духовных достижений и блага. Увеличение блага в этой жизни и всех следующих перерождениях более всего зависит от нашего коренного Гуру и хороших духовных учителей. Вот почему наш коренной Гуру и такие учителя являются самыми драгоценными самоцветами этого мира. Они так же драгоценны, как наши собственные глаза. С того времени как наши родители дали нам жизнь, глаза предоставляют нам возможность видеть этот мир на протяжении нашей теперешней жизни. Наш Гуру и духовные учителя дают нам пару глаз, чтобы видеть не только этот мир, но и следующую жизнь. Итак, мы должны уважать наших учителей и Гуру, никогда не распространяя грязных сплетен о них.

Мы должны не только внимательно слушать учения, но и серьезно обдумывать их. Почему мы нуждаемся в постоянной уверенности в наших мастерах и учителях, и должны все время обращаться к ним в молитвах? Почему наша преданность Гуру должны быть такой сильной, что даже наше собственное тело менее важно для нас, чем наша преданность Гуру? Зачем все это? Все это нужно потому, что наши подношения и молитвы, обращенные к Гуру и учителям, порождают в их сознании радость. Эта радость уничтожает плохую карму, накопленную нами. Одновременно, через радость в сознании Гуру и духовных учителей, благо и сила, хранящиеся в их сознании, будут передаваться нам. Если мы обучаемся и практикуем, то будем иметь возможность получить все эти духовные достижения и силу. С другой стороны, если мы слишком сильно привязаны к нашему телу и имуществу, нам не придет в голову учиться и получать благо и силу нашего Гуру . Таким образом, его или ее знание и сила останутся для нас недосягаемыми. Если вы очень сильно привязаны к своему имуществу и богатствам, это проявление самовлюбленности. Вы можете наслаждаться изысканной пищей, носить элегантную одежду, вам хватит денег, чтобы позаботиться о своем теле. Но когда придет время смерти и это тело будет похоронено в земле или сожжено в огне, от него ничего не останется. Если же наши учителя передали нам методы пробуждения и практики Бодхичитты, а мы в свою очередь тщательно практиковали и приобрели понимание Бодхичитты из собственного опыта, даже после кремации тела, ничто не сможет разрушить наше сознание. Наша Бодхичитта будет оставаться с нами жизнь за жизнью и никогда не покинет нас. Это и есть нашим главнейшим богатством.

Многие люди изучают английский или китайский языки, точные науки, при этом некоторые обучаются всем этим предметам удивительно быстро. Это происходит потому, что в своих прошлых жизнях эти люди почтительно относились к своим учителям и настойчиво и старательно учились. Именно поэтому в этой жизни у них такие большие способности к обучению. С другой стороны, те, кто в прошлых жизнях относились к учителям без почтения, пренебрегали обучением и ленились, в этой жизни столкнутся с большими трудностями в обучении. Эти люди не уважают своего коренного Гуру и учителей; все это является следствием омрачений, которые укоренились в их сознании. Итак, если в этой жизни мы относимся к нашим гуру с уважением и делаем им подношения, мы получим все те духовные достижения, о которых говорилось раньше.

Как должен практиковать человек, который стремится получить духовные учения? Учителя должны подражать Марпе, а ученики – Миларепе. Нам следует изучать, как практиковали эти мастера прошлого. Марпа учил Миларепу, после чего Миларепа настойчиво практиковал учение и достиг состояния будды за одну жизнь. Это стало возможным благодаря духовному подарку, который сделал Миларепе Марпа. Вот почему мы должны испытывать безграничную благодарность к нашему коренному Гуру, родителям и учителям. С такой же благодарностью нам следует относиться к светским преподавателям и геше. Наши коренные гуру, светские преподаватели, геше и родители – вот наши досточтимые благодетели. Нам следует всегда относиться к ним с уважением, а также с большим уважением практиковать их учения, следуя примеру Марпы и Миларепы.

В своей повседневной работе нам следует руководствоваться шестью парамитами. Во время учений мы должны помнить живых существ всех шести сфер, посвящать им все накопленное нами благо и делать подношения. Посвящения и подношения – это практика первой парамиты щедрости. Когда мы получаем учение, нам следует сосредоточиться – это практика дисциплины. Когда наш коренной Гуру упрекает нам за что-то или когда мы столкнулись с трудностями в практике, нам необходимо иметь терпение. После того, как мы получили учение, нам следует постоянно напоминать себе о сути учений и практиковать их, это практика настойчивости и медитации. Результатом обучения и практики будет мудрость. Именно так шесть парамит имеют отношение к учениям, которые дает нам духовный учитель.

Наш учитель дает нам сейчас ценность учений, а не богатство и драгоценные камни. Когда мы говорим, что Бодхичитта является ценной, наш Гуру должен объяснить нам, в чем заключается ее ценность. Откуда она происходит? Как нам обрести Бодхичитту? Как нам сделать так, чтобы Бодхичитта возрастала? Ответ на все эти вопросы один – мы должны знать, что все живые существа были нашими родителями в прошлых жизнях. Поэтому у нас должны быть любящая доброта и сочувствие ко всем им. Если мы способны культивировать в себе любящую доброту и сочувствие ко всем живым существам, это подобно тому, как капли воды падают в чашку. Если капли возникают постоянно, чашка очень быстро наполнится. Так же, если каждый день мы способны генерировать любящую доброту и сочувствие к каждому существу, которое попадается нам на пути, наша Бодхичитта будет возрастать. Когда наш Гуру учит нас этому, мы получаем настоящий метод для практики. Вот почему слова Гуру ценны. Хотя мы не можем увидеть эти слова, они не исчезнут. Даже после смерти, эти учения не исчезнут.

Гарчен Ринпоче



(https://libking.ru/books/religion-budda/206151-garchen-rinpoche-kommentariy-na-37-praktik-bodhisattv.html)
Я

Алаявиджняна

Кунжи – основа всего бытия: и материи, и сознания всех живых существ, нераздельное единство пустоты и ясности. Эти две категории также называют "Ясный Свет". Это тот же самый Ясный Свет, о котором идет речь в йоге сна. (В учении Дзогчен выражение кунжи несет в себе иной смысл, чем в принадлежащей к Сутре школе читтаматра, где кунжи, или алаявиджняна, обозначает нейтральное и непробужденное сознание, которое содержит в себе все категории мыслей и кармических следов).

Сущность кунжи – пустота (шуньята). Это ничем не ограниченное, абсолютное пространство. Оно пусто от каких-либо сущностей, от бытия, от понятий и границ. Это пустое пространство, которое кажется нам внешним, пустое пространство, вмещающее объекты, и пустое пространство ума. В кунжи нет ни "внутри", ни "снаружи", о нем нельзя сказать, что оно существует (потому что оно есть ничто) и что оно не существует (потому что оно есть сама реальность). Оно безгранично, его нельзя ни уничтожить, ни создать, оно не рождается и не умирает. Описать кунжи можно только языком парадоксов, поскольку оно – вне двойственности и понятий. Любые лингвистические построения, которые пытаются его передать, заведомо ошибочны и могут лишь намекать на то, чего не могут объять.

На уровне отдельного живого существа аспект ясности или света кунжи – это ригпа, чистое осознавание. Кунжи подобно небу, но оно не то же самое, что небо, которое лишено опознавания: кунжи – не только пустота, но и осознавание. Здесь имеется в виду отнюдь не то, что кунжи – это субъект, осознающий некий объект, а то, что осознавание есть пустота. Пустота есть ясность, а ясность есть пустота. В кунжи нет ни субъекта, ни объекта, ни какой-либо иной двойственности или различения.

Когда вечером заходит солнце, мы говорим, что наступает темнота. Эта темнота существует только для наблюдателя. Пространство же всегда ясно, оно не меняется с восходом или заходом солнца. Пространство не бывает темным или светлым. Свет и тьма существуют только для нас, наблюдателей. Темнота присутствует в пространстве, но не затрагивает его. Если зажечь светоч осознавания, он озарит для нас пространство кунжи, основы, но само кунжи никогда не было темным. Темнота – это следствие омрачений: наше осознавание было окутано тьмой невежественного ума.

Тендзин Вангьял Ринпоче

Я

Денма Лочо Ринпоче. Моя жизнь в Стране снегов. Часть 2

Спустя несколько месяцев Шогдруг Ринпоче приехал в Дрепунг. Как-то раз, получая учения от гена Ньимы, я услышал, как он шептал что-то о моем обучении образованному монаху по имени Нгаванг Джампел. Когда я навестил Шогдруга Ринпоче вскоре после этого, тот сказал мне, что собирается давать посвящение Ямантаки, и спросил, приду ли я. Мне обычно не позволялось посещать подобные учения, и я вежливо ответил, что не знаю. Он сказал, если я приму это посвящение, оно поможет мне в учебе, а если не приму – сильно не продвинусь. Он дал мне очень красивые маленькие желтые четки, и я ушел, раздумывая над его словами и над тем, как бы мне уговорить моего помощника и гена Ньиму отпустить меня на посвящение. Сложностей у меня не возникло. Мой помощник слышал о Шогдруге Ринпоче еще с тех пор, как жил в Каме, где его знали за его ясновидение. Он твердо верил в его способности и не препятствовал тому, чтобы я пошел. А ген Ньима и сам планировал меня туда отправить.

Я получил посвящение. Шогдруг Ринпоче знал, что у меня очень мало времени, и сказал, что мне не нужно читать садхану каждый день, вместо этого начитывать «Перечисление имен Манджушри». Мой пожилой помощник каждый день отводил мне время на чтение этого текста. Но, когда шли диспуты, которые, на его взгляд, отнимали и так слишком много времени, не давая ему проверять, как я справляюсь с заучиванием текстов, он наотрез отказывался выделить мне хоть минуту на выполнение моих ежедневных обязательств. Я понимал, что не должен их нарушать, и начал читать «Перечисление имен Манджушри» по пути на дебаты. Придя на двор, где проводились диспуты, я отмечал для себя то место в тексте, где остановился, и старался удерживать его в своем уме, пока надевал плащ. Когда диспуты завершались, я продолжал с того места и дочитывал «Перечисление имен…» по пути домой. У меня совсем не было времени на разговоры, каждая минута была драгоценной.

Шогдруг Ринпоче был известным практиком Ямантаки. Во время его предыдущего рождения китайский батальон из Дарцедо развязал войну с Литангом и напал на монастырь. В комнату Шогдруга Ринпоче ворвался китайский солдат, но там его встретило гневное существо с рогами. Говорят, именно по этой причине монастырь оставили в покое. Я слышал, что при жизни нынешнего воплощения Шогдруга Ринпоче один китайский ясновидец в Дарцедо рассказывал о тибетском ламе, в сердце которого видит какое-то существо с рогами. Озадаченный таким видением, он отправился повидаться с Шогдругом Ринпоче.

Шогдруг Ринпоче скончался в Литанге за несколько лет до вторжения коммунистов. Незадолго до своей смерти он дал учения по Ламриму, в заключении которых сказал: «Я чувствую, что положение дел становится все хуже. В каждой из трех провинций по одному великому ламе отправится в чистые земли, за их кончиной последуют трагические события». Никто тогда не спросил о значении этих слов, но в течение нескольких месяцев скончались сам Шогдруг Ринпоче в Каме, Джамьянг Шайба в Амдо и Ретинг Ринпоче в У.

Шогдруг Ринпоче переродился в Литанге, где у него было мало шансов получить хорошее образование, тем не менее, я слышал, что у него благостный и спокойный нрав. В 1980-е он получил официальный титул, и ему советовали вести себя на людях степенно и достойно, так как он важный лама. Шогдруг Ринпоче не желал так поступать и на протяжении семи-восьми лет отказывался даже от ношения монашеских одежд, хотя китайцы на тот момент их уже разрешили. Он говорил, что не нарушал обетов, однако считает неуместным носить одежды монаха, имея один только громкое звание, но никакого духовного образования. В конце концов, по просьбе Гья геше, ламы из Литанга, которому он безгранично верил, он снова их надел.

В 1980-е местные тибетские чиновники попросили Литанга Кьябгона, с учетом его влиятельности, вдохновить народ на восстановление разрушенного монастыря. «Если монастырь для вас так важен, зачем же было тогда его разрушать? ‒ спросил он. ‒ Зачем разрушать то, что потом сам же попросишь восстановить? Вам что работы мало?»

(http://savetibet.ru/2015/01/21/denma-lochoe-rinpoche.html)

Я

Связь самайя

В ваджраяне есть нечто, что называется «связь самайя». Это обязательство, которое берет на себя ученик, обет следовать пути. В определенный момент, после долгих размышлений ученик может наконец почувствовать себя готовым вступить в особые отношения с учителем. Если он принимает и полностью доверяет своему учителю, а тот, в свою очередь, принимает ученика, они могут вступить в необусловленные отношения, которые называются самайей. Учитель никогда не откажется от ученика, даже если тот собьется с пути, а ученик никогда не покинет учителя, что бы ни произошло.

Учитель и ученик словно заключают договоренность достигнуть просветления вместе. Другое определение самайи – это «священный обет», «священное обязательство». Но в этом нет никакой святости. Это приверженность здравости, нерушимой здравости. Самайя – это как брак с реальностью, брак с миром явлений. Но это только уловка. Этот союз немного похож на состояние амнезии. Мы думаем, что по собственной воле решили связать себя узами брака с этим партнером; однако, сами того не зная, мы уже и так состояли с ним в союзе.

Самайя – это чистой воды уловка. Мы думаем, что у нас есть выбор – связывать себя обязательством со здравомыслием или нет, но на самом деле у нас никогда не было выбора. Это сострадательная уловка, призванная помочь нам осознать, что выхода нет. Прямо сейчас – самое подходящее время; нет более высокого состояния сознания, чем сейчас. Это своего рода уловка, которую учителя ваджраяны придумывают в свободное время для своего полного и высшего удовольствия; «Как же нам обхитрить этих запутавшихся, озадаченных, неприрученных существ и заставить их осознать, что они уже пробуждены и что выбора у них нет?»

С точки зрения самайи только поиск альтернатив удерживает нас от осознания, что мы уже живем в просветленном мире. Поиск альтернативы – чего-то лучшего и большего – не дает нам понять, что мы уже можем воспринимать свою жизнь как священную мандалу. Однако нам все время хочется увильнуть: мы, как жук, наколотый на булавку, извиваемся и пытаемся убежать.

В ваджраяне есть описания разных видов самайи, но они все работают с осознаванием, что мы уже неразрывно связаны с реальностью; все они хитростью ставят нас перед отсутствием выбора. Даже если каждая клеточка нашего существа хочет бежать в противоположном направлении, мы остаемся здесь. Другого способа войти в пробужденный мир нет. Нам надо перестать думать, что можно ускользнуть и осесть где-то в другом месте. Вместо этого мы могли бы просто расслабиться – расслабиться, несмотря на утомление, несварение, бессонницу, раздражение, восторг.

Самые важные самайи – это самайи тела, речи и ума. Первая связана с телом, с формой, с тем, что видят наши глаза, – мы должны принимать это и никогда не отворачиваться от того, что видим.

Говорится, что самайи тела, речи и ума столь же непрерывны, как поток реки. Это непохоже на наш привычный опыт. Обычно, когда восприятие обостряется, мы начинаем нервничать, беспокоиться. Мир всегда играет с нами, машет и подмигивает, но мы так увлечены собой, что не замечаем этого. Но когда мы принимаем мир, не отворачиваемся от него, тогда все становится невероятно ярким и цельным и в то же время менее вещественным и более прозрачным. Речь о том, чтобы действительно видеть человека, сидящего перед нами: видеть, как лежат или торчат вверх его волосы, грязные они или чистые, расчесанные или спутанные. Или видеть сидящую на дереве птицу с черными перьями и веточкой в клюве. То, что мы видим перед собой, может выдернуть нас из болезненного круга сансары.

Если придерживаться этого, наш опыт станет более ярким и прозрачным, и мы больше не сможем не понимать послания. Его нельзя перевести на наш язык. Да, вещи говорят сами за себя. Но это не значит, что та красная подушка означает страсть, а маленькая мышь, снующая туда-сюда, – беспорядочные мысли; это просто красная подушка и мышка, выглядывающая из-за стула.

Пема Чодрон